28.04.2017 | №3506

Воздушная тревога

Автор: Виктор МИХАЙЛОВ
Фото: Дмитрий ШАБАЛИН

В Красноярске часто вводится режим чёрного неба.

 

В структуре правительства края ожидаются перемены. На днях губернатор сообщил о создании нового специализированного подразделения — министерства экологии. Ранее этим вопросом занималось министерство природных ресурсов и экологии.

Поддерживают эту инициативу и законодатели. Спикер краевого парламента Александр Усс в своё время обращал внимание коллег, что неправильно, когда вопросами экологии занимается то же министерство, которое ведает вопросами промышленного использования природных ресурсов. По его мнению, между теми, кто работает с природой, и теми, кто её охраняет, должно быть функциональное противоречие. Они должны обеспечивать здоровую борьбу друг с другом, а не работать плечом к плечу по принципу “рука руку моет”.

Решению губернатора предшествовали и другие, не менее принципиальные причины. В России больше десяти лет действует Федеральный закон “Об охране окружающей среды”. Недавно в него было внесено существенное изменение, обязывающее предприятия первой категории опасности установить с 1 января 2018 года приборы автоматического контроля выбросов, фиксирующие проверяемую и объективную информацию. Но накануне Года экологии (2017) федеральная власть преподнесла красноярцам сюрприз. Она выступила с инициативой отложить установку этих приборов ещё на четыре года.

В пределах России Красноярск может стать пилотным городом по усилению контроля за состоянием атмосферного воздуха.

Весной прошлого года в стенах краевой администрации по инициативе краевых и городских законодателей, научных кругов, общественности были проведены публичные слушания, посвящённые состоянию атмосферного воздуха непосредственно в Красноярске. Масштаб и разнообразие проблем произвели эффект разорвавшейся бомбы. Поэтому, по мнению экспертов, с учётом экологической обстановки в Красноярске накануне Универсиады откладывать установку приборов контроля на такое продолжительное время для красноярцев непозволительная роскошь.

Законодательное собрание обратилось к председателю Государственной думы Вячеславу Володину, премьер-министру России Дмитрию Медведеву с просьбой федеральный закон в этой части для красноярцев оставить в прежней редакции. Таким образом, в пределах России Красноярск стал бы пилотным городом по усилению контроля за состоянием атмосферного воздуха. Ответ пока на эту просьбу ещё не получен, но лёд тронулся.

Учитывая, что региональные инициативы на федеральном уровне проходят слишком долгий путь, для усиления своих позиций в своё время при СФУ был создан экологический штаб. В частности, для этих же целей рассмотрен проект положения об экспертном совете по разработке комплекса мер по повышению качества атмосферного воздуха Красноярска.

В представлении рядового гражданина существуют несколько способов улучшения экологической обстановки в Красноярске. Первый — найти источник, поймать за руку недобросовестного хозяйственника. Второй — применить штрафные санкции к виновнику, а вырученные средства направить на культивацию среды обитания, озеленения города, лечения людей, пострадавших от экологических аномалий. Индексы опасности развития заболеваний в связи с загрязнением воздуха прежде всего отражаются на органах дыхания, системы крови, иммунитете.

Чтобы управлять качеством атмосферного воздуха, надо это качество знать. Старые методы изучения воздуха себя изжили, надо переходить на новые.

Вопрос в том, кто виноват и должен нести ответственность, спустя год после публичных слушаний, как ни странно, остаётся открытым. Казалось бы, большинству горожан понятно, кто является основным загрязнителем атмосферного воздуха, но всё не так очевидно.

Например, все крупные предприятия получают нормативы вредных выбросов, которые утверждает Роспотребнадзор. В начале 2016 года специалисты опубликовали итоги исследований атмосферного воздуха и сообщили, что превышения вредных веществ в Красноярске... нет. Хотя, по данным Росстата, в прошлом году концентрация хлорида водорода в воздухе краевой столицы дважды была превышена в 13 раз.

Мониторинг атмосферного воздуха, как выяснилось, проводят как федеральные службы (УГМС, Роспотребнадзор, Росприроднадзор), так и региональные. Помимо этого свой мониторинг ведут крупные природопользователи — “Красцветмет”, РУСАЛ, энергетики и другие. Все они действуют независимо друг от друга, используя разные системы замеров, анализа и оценки. В итоге нет единой оценки и осознанности существующей проблемы, соответственно, и уровня опасности.

Вызывает сомнения у экологов и методика исследований Роспотребнадзора. Содержание вредных веществ в каждой конкретной пробе можно рассчитать относительно пика выброса, а можно в среднесуточном разрезе. Относительно пика показатель может выглядеть вполне приемлемо, а в среднесуточном исчислении показать значительное превышение.

Противоречивой выглядит информация и со стороны главного государственного санитарного врача региона Дмитрия Горяева. По его словам, результаты лабораторных исследований показали, что за последние пять лет количество выбросов в атмосферу уменьшилось. Это подтверждают 11 стационарных постов и 43 маршрутных.

Тем не менее доля проб показывает, что среди различных химических ингредиентов, загрязняющих воздух, остаются бензопирен, формальдегид, этилбензол, и при общем снижении отрицательных тенденций они, как правило, превышают допустимые нормативы. Так снизился ли риск для здоровья человека? Вопрос остаётся открытым.

И ещё: до 2014 года Росгидромет, например, постоянно публиковал сведения о концентрации загрязняющих веществ в городах края. В 2015 году эта информация из государственного доклада была исключена. Причиной послужила не столько позиция руководства краевого филиала, сколько исполнение им требований вышестоящих органов. Но, как справедливо заметил заслуженный эколог России Николай Сорокин, “чтобы управлять качеством атмосферного воздуха, надо это качество знать. Старые методы изучения воздуха себя изжили, надо переходить на новые”.

Таким образом, в связи с отсутствием инструментальной системы производственного экологического мониторинга на предприятиях-загрязнителях органы власти всех уровней не могут обеспечить оперативное принятие мер по ограничению выбросов, включая административные и судебно-правовые. Это тоже один из факторов в пользу пилотного проекта на базе красноярских предприятий.

Наконец, нельзя не учитывать, что в научной среде, экологическом сообществе есть противоречия, а без единого алгоритма власть не в состоянии предпринимать конкретные меры.

Например, директор некоммерческого партнёрства “Экологический центр рационального освоения природных ресурсов” Виктор Сибгатулин считает, что радикальное улучшение экологического состояния воздушного бассейна в Красноярске невозможно без перевода ТЭЦ с угля на газ, снижения мощности КрАЗа с одновременной его технологической модернизацией. Необходимо также перевести транспорт на экологический стандарт “Евро 5”.

Однако, по мнению управляющего филиалом ООО “СибНИИуглеобогащение” Сергея Исламова, необходимо категорически отказаться от дилетантского мнения, что все экологические проблемы города может решить природный газ. Федеральный бюджет не в состоянии профинансировать строительство трубы до Красноярска. Краевой бюджет тем более. Теплогенерирующие компании не готовы вложить миллиарды рублей в реконструкцию ТЭЦ и котельных.

А главное, сжигание природного газа в котлах, не приспособленных для данного топлива, приведёт к резкому повышению выбросов оксидов азота — второго по силе воздействия канцерогена после бензопирена. При переходе на газ примерно на треть возрастает потребление кислорода из городской атмосферы и почти двукратно возрастает выброс водяного пара. Очевидно, что это приведёт не к самым лучшим климатическим последствиям для жителей города.

По его мнению, причина загрязнений не в угле, а в архаичной технологии его использования, которая разработана более века назад. Надо не бороться с выбросами, а исключать их образование. Это обеспечивает технология частичной газификации угля. Продажа термококса, как минимум, полностью компенсирует затраты котельной (ТЭЦ) на приобретение топлива. При этом отсутствуют золошлаковые отходы, кокс производится с нулевыми выбросами.

Таким образом, суть экологических проблем обнажена. Уже одно это хорошо. Но осадок остаётся. Все понимают, что общественный транспорт с некачественным бензином всё равно выйдет на линию. Высотные здания вдоль Енисея не демонтируют. Мини-котельные одним махом не ликвидировать. На новую технику для благоустройства города нужны деньги. Деревья за один год не вырастут. Алюминий останется стратегическим металлом. Красноярскую нефтебазу вынести за черту города не могут уже не одно десятилетие. Что же тогда делать? Экологи надеются, что на этот вопрос и ответит новое профильное министерство...

Нашли ошибку? Выделите её и нажмите Ctrl+Enter чтобы отправить нам.

Получить код для вставки в блог

КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА
Экология Красноярска

Другие материалы по теме

вчера 23:00