19:02, 13 ноября 2019 г. | Автор: Дмитрий Панов | Фото: Дмитрий Шабалин

Александр КОШКИН: «Считаю себя начинающим тренером, который ещё ничего не достиг»

19:02, 13 ноября 2019 г. | Автор: Дмитрий Панов | Фото: Дмитрий Шабалин

Александр КОШКИН: «Считаю себя начинающим тренером, который ещё ничего не достиг»


Когда «Сахалин» объявил о приходе Александра Кошкина, социальные сети клуба заполонили красноярцы, которые чуть ли не в голос заявляли: «С тренером вам повезло». И действительно, за годы работы в женском «Енисее» Александр Юрьевич зарекомендовал себя с самой лучшей стороны, а его уход стал ударом для местных болельщиков. Но Кошкин вернулся и показал, на что способна его новая команда — проигрывая 0:2, «Сахалин» на характере и желании взял три партии подряд.
После победной игры Александр Кошкин согласился на большое интервью. Мы сразу условились, что о матче «Енисея» и «Сахалина» говорить не будем. Но и без этого было что обсудить и вспомнить — например, работу на Сахалине, игровую карьеру, печально известную серию с «Марицей» и перспективы футбольного «Спартака».

 

О Южно-Сахалинске


— Как обустроились на Сахалине?

— Всё хорошо, потихоньку работаем. Природа красивая, погода прекрасная. Созданы все условия для работы, руководство делает всё возможное для команды, и я спокойно в ней работаю. Так что приезжайте к нам на Сахалин! (Смеётся.).

— Есть ли отличия между «Сахалином» и «Енисеем»?

— Это разные команды, особенно в плане логистики — у нас очень много переездов. Тем более до Нового года мы играем только гостевые матчи, а домашние будут уже в январе. В «Енисее», честно признаться, было комфортнее готовиться, поскольку перелёты были не такими большими. В остальных моментах отличий нет.

— А если говорить не о командах, а о городах?

— Южно-Сахалинск показался мне курортным городом. Перед выездной серией мы провели дома две недели, и там прекрасный воздух, море рядом — красота!

 

 

О работе в «Сахалине» и тактике


— После прихода в «Сахалин» смотрели его прошлогодние матчи?

— Конечно. Ещё когда мне поступило предложение, я стал более детально рассматривать команду. После изучения всех деталей мы вместе с начальником команды комплектовали состав, исходя из наших возможностей и тех игроков, которые остались.
— Какие-то тактические нюансы внесли?

— Они зависят от волейболисток, которые есть в наличии. Нужно понимать, что рынок игроков Суперлиги очень маленький, и тактику мы выстраиваем уже под возможности нашего состава. А вообще у каждого тренера своё видение волейбола, и он по-своему строит процесс.

— Можно ли сказать, что Вы на Сахалине пытаетесь построить второй «Енисей»?

— Нет, это будут абсолютно две разные команды. Повторюсь, от исполнителей в данном случае зависит очень многое.

— Но при этом с Вами из «Енисея» переехали Ирина Малькова, Мария Самойлова...

— Этих игроков я очень хорошо знал, поэтому взял их для усиления. Но на их основе не планировалось строительство всей команды — скорее, было точечное усиление отдельных позиций.

— Не было мысли переманить из «Енисея» кого-нибудь ещё?

— Я сначала исходил из тех игроков, которые остались в «Сахалине» с прошлого сезона, а затем точечно закрывал проблемы. Хотя могу открыть небольшой секрет: предложения другим игрокам «Енисея» были. Но Мария Фролова выбрала «Ленинградку», Анастасия Крайдуба решила за границей играть... Их я бы не отказался увидеть в своей команде, но в итоге получилось иначе.

— У «Сахалина» получился резвый старт чемпионата: три победы в четырёх матчах, причём и «Динамо-Казань» он обыграл, и краснодарское «Динамо»...

— Вот тут, пожалуй, поспорю. Мы ужасно начали сезон, проиграли в предварительном раунде Кубка России и не вышли в полуфинал. Плюс победу над Казанью я бы не стал переоценивать: к нам приехал практически молодёжный состав, но мы очень плохо сыграли, даже несмотря на итоговый результат.

— Вот как. То есть оптимизма стоит поубавить?

— Да, я не буду таким оптимистичным. Сейчас команда находится в начале большого пути, и нам ещё расти и расти. А две победы, если не учитывать Казань, мы должны были одерживать в любом случае: что над Краснодаром, что над «Енисеем». Но и тут получилось «на тоненького»: и «Динамо» могло нас победить, и «Енисей». Хорошо, что всё обошлось.

 

 

О бронзе Суперлиги и психологии

— Вы в «Енисее» работали тренером с 2012 года. Были мысли, что сможете дорасти до медалей чемпионата России?

— Честно, я так далеко вперёд не загадывал. Поначалу просто хотелось вникнуть в нюансы новой профессии, обучиться, попробовать себя в другой ипостаси. А потом судьба так распорядилась, что у меня получился сильный скачок в карьере. Но я далеко идущие планы не строю, живу сегодняшним днём и в будущее смотрю максимум на неделю вперёд. (Улыбается.).

— Вам довелось поработать в связке со многими тренерами. Кто из них дал больше всего опыта и знаний?

— Одного человека я не смогу назвать. От каждого тренера старался что-то взять. Но копировать никого нельзя, и очень важно оставаться самим собой. Каждый тренер давал по чуть-чуть, и этот опыт я складывал себе в копилочку. Могу отметить Юрия Маричева, с которым я работал не так давно — он мне дал очень многое, пусть и с небольшими оговорками. Но глобально он на меня не повлиял.

— А если брать мировой волейбол?

— Я слежу за многими матчами, это безусловно. Но, повторюсь, никого не копирую и стараюсь оставаться самим собой.

— Раз уж вспомнили о медалях, то о них и продолжим. Третье место в 2017 году — это потолок или шансы пройти московское «Динамо» всё же были?

— Как сейчас помню, в полуфинале с «Динамо» травму получила Маша Фролова. Конечно, можно сказать: мол, если бы она была здорова, мы бы зацепились... Но скажу объективно: пройти то «Динамо» нереально, и я это понимаю даже сейчас, когда прошло два года. Намного реальнее была задача выйти в финал Кубка вызова, но в полуфинале мы очень обидно проиграли «Олимпиакосу». Честно говоря, досада до сих пор присутствует.

— То есть вернув время назад и перестроив схему, «Енисей» бы додавил «Олимпиакос»?

— Да, в той игре я бы поменял многое. А вот «Динамо», повторюсь, пройти нереально. Бронзовая медаль — это максимум для того «Енисея».

— И та медаль была вырвана на характере. Вообще психологический аспект основан на какой-то командной химии или только за счёт индивидуальных действий?

— Химия всё равно складывается из отдельных деталей. Сначала она проявляется у одного игрока, а потом ею заболевают остальные. Главное — понимать друг друга на площадке и не опускать руки в трудные моменты. Вот это и есть командный характер.

— Вы можете назвать себя хорошим психологом?

— Не сказал бы. Скорее, я считаю себя начинающим тренером, который ещё ничего не достиг и которому нужно очень много работать над собой.

— И даже медаль 2017 года Вас не смогла переубедить?

— Тут стоит отметить следующий момент. Я работал отрезками и ещё ни разу не провёл полноценный сезон в качестве главного тренера. Бывало такое, что я начинал чемпионат, а потом меня убирали, либо назначали на эту должность уже в середине сезона. Чтобы весь сезон работать главным тренером — такого ещё не было. Надеюсь, что всё ещё впереди.

— Верите, что вернётесь в «Енисей»?

— Жизнь тренера такова, что всё может поменяться за один-два дня. Без результата держать тебя никто не будет. Можете сами посмотреть историю «Енисея» и убедиться, сколько тренеров сменилось. (Смеется.). Это очень тяжёлая и энергозатратная работа, которая отнимает кучу сил и нервов, и любому тренеру не позавидуешь. Возможно, когда-нибудь я вернусь работать в Красноярск, но на сегодняшний день это, прямо скажем, нереально. Хотя исключать такой вариант не стану.

 

 

О злополучной «Марице»

— На фоне позитива вспомним и негативные моменты. Лига чемпионов, приснопамятная «Марица» и уже легендарное поражение. Какой вывод Вы сделали из той игры?

— Нам следовало иначе подготовиться к той серии. Тогда мы попали в психологическую и физическую яму. У нас до этого был домашний полуфинал Кубка России с большой затратой сил. Сразу после этого был выезд в Болгарию, и там тоже получился тяжёлый матч, пусть мы в нём и победили 3:2. Но после него нам банально не хватило времени на подготовку. Хотя мы знали, что такая ситуация может произойти, и могли её избежать.

— «Енисей» в ответном матче вёл 2:0 и мог спокойно додавливать «Марицу»...

— Сейчас можно говорить всё что угодно: надо было менять схему, ставить других игроков... Но мало кто помнит, что у нас был матчбол в четвёртом сете, который мы почти вытащили на характере. Была доигровка, и оставалось забить всего один мяч. Мы его не забили, а потом совершили две ошибки в простых ситуациях. После этого произошёл очень сильный надлом. У женщин психология другая: можно вести 2:0, потом доиграться до 2:2 и в итоге улететь 2:3. С «Марицей» так и получилось: из-за надлома кончились силы, и мы проиграли серию.

— Следили за «Марицей» в групповом этапе ЛЧ?

— Нет, досконально не следил.

— И даже не знаете, как она там сыграла?

— Ну я не скажу, что вообще не следил. (Смеётся.). Знаю, что «Марица» играла в одной группе с казанским «Динамо» и для своего уровня выступила неплохо. Но более подробно не отслеживал.

 

О сборной России


— Летом Вы работали в сборной России на двух этапах Лиги наций. Как появился такой вариант?

— Скорее всего, повлиял удачный отрезок в конце прошлого года, когда мы завоевали серебро Кубка России и неплохо играли в чемпионате. На это обратил внимание куратор женской сборной Владислав Фадеев и после Кубка подошёл ко мне с предложением. Сначала шёл разговор о молодёжной сборной, но потом сказали, что видят меня в первой команде — я как раз тогда находился в Одинцово, где работает главный тренер сборной Вадим Панков.

— Чему этот этап работы Вас научил?

— Да это же мечта любого тренера — работать в национальной сборной! Колоссальный опыт, международные связи — я очень многое оттуда подчерпнул. Европейский волейбол сильно отличается от российского, там много своих нюансов, и я их впитывал буквально как губка.

— Думаете, нынешняя сборная России способна выиграть Олимпиаду-2020?

— Когда я в ней работал, основной костяк был на отдыхе, и мы с ним не пересекались, поэтому оценить его перспективу изнутри я не смог. А если говорить как патриот своей страны, то я искренне верю, что девчонки выступят хорошо. Конечно, многое зависит от удачи, жеребьёвки и турнирной сетки, но если на начальной стадии мы не наткнёмся на мировых грандов, то всё возможно.

 

О Высшей лиге Б

— Ваша карьера игрока получилась не такой яркой, как тренерская. Поясните, в чём причина?

— В психологии, в физических данных. Считаю, что не хватило характера и внутренней уверенности. Вообще можно сказать, что игроцкой карьеры у меня не было в принципе — всю жизнь я простоял в квадрате за спинами ребят. (Смеётся.). Ну и счастливый случай не подвернулся. Хотя нельзя сказать, что я был лентяем или нарушал дисциплину.

— У Вас «Дорожник» был, «Восток» из Кызыла, северский «Янтарь», на Сахалине тоже поиграли... Что больше запомнилось?

— В «Дорожнике» я больше стоял в запасе и своими возможностями не воспользовался, за что могу винить только себя. Во все остальные команды меня брали в качестве основного связующего, и я имел постоянную практику. Вот это могло запомниться. Но в душе я понимал: после ухода из «Дорожника» моя карьера покатилась под откос. Что Северск, что Южно-Сахалинск — при всём уважении к тем командам, это был шаг на уровень ниже. Внутренне я понимал, что уже заканчиваю играть.

— И до игрока сборной не дорастёте?

— Это я понял намного раньше. (Смеётся.). В молодости мне казалось, что не хватает роста и высоты прыжка. Потом я видел ребят с такими же данными, которые могут играть на совершенно другом уровне. Видимо, такова судьба.

— Что представляет из себя Высшая лига Б?

— Там маленькие заявки, где максимум по десять человек. Ты играешь за небольшую зарплату в небольших городах. В тех командах нет мотивации — нельзя сказать, что они играют чисто для себя, но высоких целей там никогда не было. В «Енисее», к примеру, всё было по-другому: когда мы играли в Высшей лиге А, то всегда стремились попасть наверх, даже в тех сложных финансовых условиях.

 

 

О неприязни к женскому волейболу

— Что лучше: быть хорошим игроком или хорошим тренером?

— Амбиции есть у каждого. Игрок ещё может самореализоваться, а вот от тренера мало что зависит. Если на площадке ты можешь показать свои силы, то за её пределами зависишь только от подопечных, которые в данный момент играют. Понятно, что они выполняют мои задания и реализуют идеи, но всё равно играют-то они, а не я! Моя задача — просто подсказать. А игроку быть проще: выходи и показывай, на что способен.

— А когда Вы сами только начинали тренировать, не было желания выйти на площадку и показать всем на личном опыте, как надо играть?

— Есть один секрет, который я раскрою. В мужской команде мне довелось поработать совсем немного, после чего меня перевели в женскую — всё-таки одна структура. Я тогда не питал особых иллюзий к женскому волейболу и, честно говоря, вообще хотел поскорее вернуться в мужскую команду. Всё-таки не так был знаком с женским волейболом и верил, что скоро из него уйду. Но потом втянулся в него и понял, что здесь больше перспектив — по сути, кардинально поменял свои взгляды.

 

О семье и московском «Спартаке»

— Почему выбрали именно волейбол?

— Тут всё довольно-таки банально. К нам в школу пришёл тренер и выбрал двух самых высоких мальчиков — меня и моего друга. В первом классе пошёл друг, а через год уже и я подтянулся. Других вариантов, честно говоря, не было, и больше я ничем не занимался.

— А другой спорт хотя бы смотрите?

— Конечно, я слежу за многими видами спорта, смотрю Олимпиады и чемпионаты мира. Как любого мужчину, меня интересуют футбол и хоккей — может, хоккей не так сильно, но за футболом я слежу постоянно.

— За какую команду болеете, если не секрет? Кроме «Енисея»?

— Вот за «Енисей» я, кстати, как раз и не болею. (Улыбается.). А вообще всегда поддерживал московский «Спартак». Это, наверное, дань моде девяностых годов, когда ещё Олег Романцев был тренером. С тех пор и залегло в душу. Даже сейчас могу назвать весь состав и изменения в клубе. (Смеётся.).

— Тогда вопрос по «Спартаку». На Ваш взгляд, приход Доменико Тедеско что-либо поменяет в команде?

— Нет, это временная фигура, и у него ничего не получится. Это, наверное, спартаковская боль, что они постоянно должны терпеть и верить. Приход Массимо Карреры, мне кажется, стал откупом за все их страдания. (Улыбается.). Но в ближайшее время «Спартаку» ничего не светит.

— Вы воспитываете сына и дочь. Хотите, чтобы они пошли по вашим стопам?

— Самое что интересное, я бы предпочёл для них образование. Если вдруг встанет выбор между спортом и образованием, то пусть выбирают второе. К тому же непонятно, как всё сложится: сыну девять лет, и он только недавно начал заниматься волейболом.

— А дочка?

— Ей всего пять лет, там ни о каком спорте речи не идёт! Пока всё стандартно: танцы, рисование. (Улыбается.).

— Философский вопрос. Вы считаете себя счастливым человеком?

— Да, потому что у меня есть любящая жена и двое замечательных детей. Спорт — это здорово, это замечательно, но он для меня всего лишь работа, не более. Хорошая, любимая, но всё-таки работа. А основную радость мне приносит семья.

 

ДОСЬЕ:

Александр Юрьевич Кошкин — российский волейболист, тренер. Родился 6 июня 1984 года в Красноярске.
Профессиональную карьеру начал в 2001 году. Выступал за красноярский «Дорожник», кызыльский «Восток», северский «Янтарь» и «Элвари-Сахалин». В 2012 году занялся тренерской деятельностью в «Енисее». С 2019 года возглавляет «Сахалин».
Бронзовый призёр чемпионата России, полуфиналист Кубка Вызова. Стал первым тренером, который вывел красноярскую волейбольную команду в европейскую Лигу чемпионов.
Женат, двое детей.

АКЦЕНТ:
Александр Кошкин официально работает в «Сахалине» с 16 мая 2019 года. После подписания контракта с островной командой специалист заявил, что этот вариант «будет правильным продолжением карьеры». Также он признался, что впечатления от острова остались ещё со времен игры за «Элвари-Сахалин» в 2011-2012 годах.

Видео: ПСК «Сахалин»

Поделиться с друзьями:

Комментарии

Вход

Забыли пароль?

Регистрация

Восстановление пароля

Введите вашу электронную почту, которую вы указывали при регистрации на сайте и на указанную почту будет выслано письмо для восстановления забытого пароля.